В давние времена, еще когда тигр умел курить, а звери говорить
человечьим голосом, жили в деревне два старика, Пак и Ким. На шее у
каждого выросло по большущей шишке. Пак был честным и добрым, Ким - жадным
и злым.
Пошел как-то добрый Пак за дровами, в горы забрел. И так ему повезло!
Кустарника в горах видимо-невидимо - руби да руби. Забыл Пак обо всем на
свете. Только топор мелькает в руках. Не заметил, как солнце село.
Потемнело вокруг. Испугался Пак, вмиг хворост собрал, связал, взвалил на
спину и стал быстро спускаться вниз.
Как ни спешил Пак домой, ночь его застала в горах. Долго плутал Пак по
темным ущельям, вдруг видит - хижина стоит, старая, покосившаяся.
Обрадовался старик: "Здесь и заночую", думает. Сбросил хворост на землю, в
хижину входит, а там стены все 'обвалились. "Ладно, - думает Пак, - все
лучше, чем под открытым небом". Наскоро устроил старик постель, спать лег.
Только не спится ему, хоть и притомился. Ворочается да ворочается. Сел
старик у порога, а ночь темная, тихая, зарычит дикий зверь вдалеке - и
опять тишина. Сидел Пак, сидел, и вдруг ему петь захотелось.
Пак мастер был петь, а уж как красиво звучал его голос здесь, в ночной
тишине, среди гор! Поет он песню за песней, и все вокруг радуется: и
деревья, и травы, и птицы.
Вдруг снаружи послышался шум. Это заявились рогатые. Струсил старик,
хотел убежать, а главный черт хвать его за рукав и говорит:
- Не бойся, старик, мы не причиним тебе зла, хотим послушать, как ты
поешь.
Тут черти в ладоши захлопали, стали просить старика песни петь.
Успокоился Пак, вздохнул облегченно и снова запел. Поет старик, а черти
рады, того и гляди пустятся в пляс. Не успеет старик одну песню спеть,
черти еще просят. Под конец главный черт и говорит:
- Спасибо, старик, за песни! И как это у тебя получается?
Старик улыбается:
- Это голос у меня такой...
- Не морочь нас, старик! Небось шишка тебе помогает? - допытывается
главный черт.
Смех разобрал старого Пака.
- Шишка? Может, и так. Кто его знает.
Погладил старик шишку, а главный черт говорит:
- Точно, она! Продай нам шишку, старик. Сколько скажешь - столько
заплатим.
Не поверил своим ушам Пак:
- Шишку?! Продать?!
Тут и остальные черти стали старика уговаривать:
- Продай, продай шишку!
- Что же, можно подумать, - отвечает старик. - Она мне только помеха!
Но песня тут ни при чем.
Думают черти, что старик зубы им заговаривает, не хочет с шишкой
расстаться, и не отступаются. Пришлось старику согласиться.
- Ладно, отдам я вам шишку. Только не обижайтесь, если она не поможет.
- Что ты, какая обида! - радостно загалдели черти.
Оторвали у старика шишку, а взамен дали большущий ящик, до краев
наполненный золотом, серебром и всякими драгоценностями.
Тут как раз прокричал петух, и чертей будто ветром сдуло. Обрадовался
старый Пак: мало того что от шишки избавился, так еще и сокровища получил.
Дождался он рассвета и вернулся домой.
Прослышал жадный Ким, что Пак продал шишку чертям, да еще и разбогател,
и стрелой помчался в ущелье. Дождался темноты, вошел в хижину, прислонился
к стене и стал петь. А голос у него гнусавый-прегнусавый. Черти тут как
тут. Увидел их Ким и кричит:
- Есть у меня шишка, от нее голос красивым становится. Идите сюда!
Давайте меняться: я вам шишку, вы мне - золото да серебро!
- Говоришь, от твоей шишки голос красивым становится? - спрашивает
главный черт.
- Ну да! Она лучше той, что вы купили вчера. Попробуйте сами! Только
заплатите мне вдвое больше!
Ох и разозлился же главный черт! Как заорет:
- Нет! Нас больше не проведешь! Сейчас мы тебе покажем!
Перепугался Ким, ноги к земле приросли, дрожит весь.
Долго спорили черти, какой казнью его казнить. А главный черт и
говорит:
- Давайте приделаем ему ту шишку, что купили вчера. Несите ее скорее!
Мигом принесли черти шишку, приделали и убежали. Вот откуда и пошла
пословица: "Хотел избавиться от одной шишки - заработал вторую".
|